Страницы 85–105

ШМОНИН
Проще пареной репы. Не задумываясь, прямо сейчас могу назвать тебе минимум четырех недобитков - троих из Украины, одного - латыша. Бери любого, крути на всю катушку. Но что дальше? Они сейчас информацию дают нам и здесь, а будут куму на Колыме. Он в почете, мы в пролете. Нет, их мы оставим себе. Да и шваль это, мелкота. Нам фигура нужна. Такая, чтобы шум поднялся, чтобы - если раздавить - вонь до самого верха дошла. Вот для этого наш еврейчик - лучшая кандидатура.

СЕЛИВЕРСТОВ
Мень? Разве это фигура?

ШМОНИН
Пока нет, но...

Шмонин берет со стола папку.

ШМОНИН
Слушай, что пишет агент Никандров.
(читает)
«...Во время одного из приездов владыке Антонию представили диакона Александра Меня. Они долго говорили о философских вопросах, после чего владыка Антоний показал диакону какую-то книгу и спросил, кто в ней изображен. Диакон ответил: «Сергей Булгаков и Павел Флоренский». На что владыка сказал: «У нас не каждый преподаватель Духовной академии знает эти имена, а тут сельский диакон их даже в лицо узнает.
(ДАЛЬШЕ)

ШМОНИН (ПРОД.)
Помяните мое слово, этот диакон станет вторым Павлом Флоренским, а может, и его превзойдет».

Шмонин захлопывает папку.

ШМОНИН
Вот ты, Селиверстов, знаешь, кто такой Павел Флоренский?

СЕЛИВЕРСТОВ
Нет.

ШМОНИН
А я знаю. Показывали мне его на Соловках. Доходяга-доходягой, а сам начальник лагеря старший майор государственной безопасности Иван Андреевич Апетер к нему на Вы обращался.

СЕЛИВЕРСТОВ
И где он сейчас?

ШМОНИН
Апетер? Да шлепнули его как врага народа, в 38-ом.

СЕЛИВЕРСТОВ
Нет, Флоренский? Он где сейчас?

ШМОНИН
Как где?.. Его тоже шлепнули, еще раньше Апетера. В те времена мы с попами не миндальничали... Но речь не о том. Смотри: кто такой есть Мень? 
(загибает пальцы)
Еврей - а сейчас, знаешь, как у нас с Израилем... Грамотный, а значит - опасный. Пишет книги - то есть доказательная база налицо. 
(ДАЛЬШЕ)

ШМОНИН (ПРОД.)
И, я тут посмотрел его старые характеристики, - склонность к миссионерской деятельности, значит - антисоветская пропаганда. Весь букет! Конечно, не поп, а только дьякон, но с этим мы ему поможем. Вызови мне на завтра уполномоченного - начинаем операцию «Миссионер». 

НАТ. В АЛАБИНСКОМ ХРАМЕ ДЕНЬ

Храм заполнен.

РАССКАЗЧИК
(за кадром)
1-го сентября 1960 года Александр Мень был рукоположен в священники и направлен служить в Алабино, что в 50-ти километрах от Москвы.

Отец Александр читает проповедь.

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
...Каждому из нас Христос говорит: «Сегодня Я буду с тобой». «Я буду с тобой», — говорит Господь; что нам еще нужно!? Только хорошенько понять, что Он приходит в дом плохо подготовленный, не в такой дом, где все ждут Гостя, где все блестит и все украшено, а в дом захудалый, темный, полный пыли, как бы брошенный. Такова наша душа с её маловерием и нерадивостью, леностью духовной, с молитвой, которая еле-еле теплится, как затухающий огонек. 
(ДАЛЬШЕ)

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР (ПРОД.)
С пренебрежением к заповедям и уставам церковным, с вечным раздражением на все, с постоянным озлоблением и осуждением друг друга. Христос стремится к нам, стучит в наши сердца, как просящий, как нищий. Он хочет войти в наши сердца, привлечь к Себе, принять в Свои объятья, одарить своей любовью. Но мы не слышим его, наши мысли витают далеко. И получается, что не Он наш Царь, а наша гордость, своеволие, самолюбие, честолюбие, тщеславие, вся та суета, за которой мы бежим, за которую мы цепляемся. И всё равно Христос любит нас, хотя его любовь нами и не заслужена...

НАТ. ОКОЛО АЛАБИНСКОГО ХРАМА ВЕЧЕР

Из храма выходят люди (среди них ПРИХОЖАНКА 1, ПРИХОЖАНКА 2). Накрапывает дождь.

ПРИХОЖАНКА 1
До чего, всё-таки, хороший у нас батюшка. Молодой, а как служит! Не сравнить с прежним, пьяницей.

ПРИХОЖАНКА 2
Скажешь тоже. Евлампий и трезвый-то в молитвах путался, а проповеди по вырезкам из газеты «Правда» читал. А отец Александр как скажет, так я потом ночь заснуть не могу - всё думаю. Плохо мы живем, грешно...

Из храма выходит отец Александр.
ПРИХОЖАНИН, поджидавший его у входа, подбегает к батюшке.

ПРИХОЖАНИН
Отец Александр, мать совсем плоха, Вас просит.

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
(устало)
Хорошо, Анатолий, передай ей, завтра обязательно подъеду.

ПРИХОЖАНИН
Она сегодня просит, боится, не доживет до завтра.

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
Как же сегодня - до вас 17 километров, без машины до утра не доберемся.

ПРИХОЖАНИН
Есть машина, есть, я с соседом договорился: он Вас туда и обратно довезет. Поехали, отец Александр, плоха она очень.

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
Ну, что поделаешь, поехали. Подожди только, хоть домой заскочу, плащ возьму - а-то дождик расходится не на шутку.

ПРИХОЖАНИН
Спасибо, батюшка, я пока до машины добегу, мы прямо к Вашему дому подъедем, чтобы Вам не мокнуть.

Прихожанин убегает.
Отец Александр тяжело вздыхает, идет в сторону дома.
Замечает на дороге лягушку, наклоняется, берет в руки.

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
Ты здесь откуда, принцесса? Под дождичек вылезла? Нет-нет, давай-ка в травку, не ровен час - наступит кто нечаянно.

Отец Александр относит лягушку в траву, идет дальше.

ИНТ. В АЛАБИНСКОМ ДОМЕ ВЕЧЕР

Наталья ходит по комнате, покачивая на руках младенца, ЛЯЛЯ сидит на полу, играет куклой.
В комнату заходит отец Александр.

НАТАЛЬЯ
Наконец-то, мы уж думали, не дождемся тебя сегодня.

Отец Александр целует жену, треплет за щеку младенца, гладит по голове подбежавшую дочь.

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
Привет, богатырь, здравствуй, Лялечка.

НАТАЛЬЯ
Сейчас поесть разогрею.

Наталья направляется к кроватке, кладет младенца.

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
Наташа, я на минуту, только плащ взять. В Ступино надо ехать - старушка там у меня совсем плохая. Сына прислала - видно, причаститься хочет.

НАТАЛЬЯ
Господи, Алик, ты же с пяти утра на ногах, неужели до завтра это не потерпит.

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
Кто знает, а вдруг нет.

НАТАЛЬЯ
Хоть поешь.

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
Спасибо, приеду - поем. Неудобно: ждут люди. Ну, давай, пока, я постараюсь не задерживаться.

Отец Александр еще раз целует жену, берет с вешалки плащ, выходит.
Наталья выглядывает в окно.

НАТ. ОКОЛО АЛАБИНСКОГО ДОМА ВЕЧЕР

Дождь льет уже в полную силу.
Около грузовика в нетерпении прохаживается Прихожанин.
К нему подходит отец Александр в накинутом поверх рясы плаще.
Прихожанин открывает дверь в кабину машины, помогает отцу Александру вкарабкаться в кабину, захлопывает дверь, а сам запрыгивает в кузов.
Машина, выплюнув из-под колес грязную жижу, трогается с места. 

ИНТ. КАБИНЕТ СЕКРЕТАРЯ ОБКОМА ДЕНЬ

Во главе стола СЕКРЕТАРЬ ОБКОМА, за столом члены обкома, среди них МАТВЕЕВ, УПОЛНОМОЧЕННЫЙ, ПОЛУШКИНА, МИЛИЦИОНЕР, с краю стола - Шмонин и Селиверстов, оба в форме.

СЕКРЕТАРЬ ОБКОМА
...Переходим к следующему вопросу. Через неделю - Пасха, что мы готовы противопоставить поповской пропаганде?

МАТВЕЕВ
Можно я доложу, товарищ 3-ий секретарь обкома?

СЕКРЕТАРЬ ОБКОМА
Давай, комсомолия, докладывай.

МАТВЕЕВ
Коренные изменения условий жизни, происшедшие за годы Советской власти, уже привели к исчезновению многих старых религиозных обычаев, обрядов, привычек. Сейчас очень заметно сократилось место религии в сфере быта. Даже при той вековой застойности и косности, которая присуща обрядовой стороне религии, идет неуклонный процесс ее разрушения...

 



СЕКРЕТАРЬ ОБКОМА
Матвеев, не на митинге. Давай по существу: какие меры приняты для того, чтобы население и особенно молодежь не поперлись с крашенными яйцами в церковь...

Полушкина хихикает.

СЕКРЕТАРЬ ОБКОМА 
Полушкина, я сказал что-то смешное?

ПОЛУШКИНА
Нет, Анатолий Павлович, я просто поперхнулась.

СЕКРЕТАРЬ ОБКОМА
Водички попей. Итак, Матвеев, слушаю.

МАТВЕЕВ
Во всех учебных заведениях и в производственных коллективах проведена работа о недопущении появления учащихся и работающих в церквях на всей пасхальной неделе, особенно - в ночь на Пасху. Ответственные назначены, о персональной ответственности предупреждены. В клубах и дворцах культуры в этом году мы опробуем такую форму работы как ночные танцевальные вечера с предварительным показом популярных кинофильмов...

МИЛИЦИОНЕР
Анатолий Павлович, я против. У меня весь личный состав будет к церквям подтянут, я на танцах порядок обеспечить не могу.

МАТВЕЕВ
Товарищ подполковник, наши активисты и молодежные дружинники будут следить за порядком.

МИЛИЦИОНЕР
Знаю я ваших активистов и дружинников - первые же нажрутся, а потом баб делить будут с мордобоем.

СЕКРЕТАРЬ ОБКОМА
Даже если нажрутся, нам главное, чтобы около церкви их духа не было. А то мне уже начинают вышестоящие товарищи вопросы задавать, неприятные. Где у нас уполномоченный совета по делам религии?

УПОЛНОМОЧЕННЫЙ
Я здесь.

СЕКТЕРАРЬ ОБКОМА
Что это у нас за поп появился в Алабине, к которому уже не только из Наро-Фоминска, из Москвы люди потянулись.

Селиверстов встревоженно смотрит на Шмонина. Шмонин спокойно черкает каракули на листке бумаги.

УПОЛНОМОЧЕННЫЙ
Отец Александр, настоятель церкви Покрова. Но с ним товарищи из органов работают.

СЕКРЕТАРЬ ОБКОМА
Шмонин, что за дела?

ШМОНИН
(не прекращая черкать)
Мень Александр Вольфович, 1935 года рождения, проходит по отдельной разработке. Остальная информация не для посторонних.

СЕКРЕТАРЬ ОБКОМА
А кто здесь посторонний? Здесь, если вы не заметили, члены обкома партии.

ШМОНИН
Тем более, должны понимать, что не каждая информация подлежит разглашению. Одно могу сказать: мы за ним внимательно наблюдаем.

СЕКРЕТАРЬ ОБКОМА
Наблюдаете! А вы знаете, что в этой церкви по воскресеньям до ста человек собирается. И не старух, заметьте, - молодежь. 

ШМОНИН
Знаем, всё знаем.

СЕКРЕТАРЬ ОБКОМА
И как вы предлагаете мне поступить: доложить 1-ому секретарю обкома, что я ничего не могу поделать с сельским попиком, потому что майор Шмонин, всё знает, но ничего делать не хочет?

Шмонин отрывается от каракулей, тяжело смотрит на собеседника.

ШМОНИН
Доложите, как есть: что вы, вместе с вашим отделами, с комсомолом и профсоюзом с треском проигрываете борьбу на важнейшем участке идеологического фронта какому-то сельскому попику.

 
Секретарь обкома угрожающе поднимается над столом.

СЕКРЕТАРЬ ОБКОМА
А вам не кажется, что вы зарываетесь, товарищ майор?

Шмонин тоже встает, набычиваясь.

ШМОНИН
«Товарищ майор государственной безопасности» - ударение на последние два слова!

Присутствующие с испугом смотрят на оппонентов.

НАТ. ОКОЛО ЗДАНИЯ ОБКОМА ПАРТИИ ДЕНЬ

Шмонин и Селиверстов выходят из здания.

ШМОНИН
Сука, попробовал бы он при Хозяине в таком тоне со мной поговорить - в камеру да раскаленный шомпол в зад.

СЕЛИВЕРСТОВ
Вы бы не так громко - всё же 3-ий секретарь обкома.

ШМОНИН
3-ий - не 1-ый. Но ты прав - настучит, падла, объясняться придется. Вот что, дуй в Алабино к Семенову, пусть он подберет ребят покрепче и разгонит этот долбанный крестный ход. Чуть что - подадим, как инициативу масс. Да, пусть водки выпишет - по пузырю на брата, потом оформим... И знаешь что - проследи сам: жидковат Семенов, может зассать.

СЕЛИВЕРСТОВ
Товарищ майор, может, Сидорчука пошлем вместо меня. Жена вот-вот родит.

ШМОНИН
А без тебя она, что, не родит, что ли? Запомни: наше дело не рожать, сунул-вынул и бежать. Сказано, сам езжай; не ровен черт, какая околесица выйдет, твой Сидорчук первый в кусты шмыганет.

НАТ. ОКОЛО АЛАБИНСКОГО ХРАМА НОЧЬ
 
Из храма доносятся звуки службы. Около изгороди храма на грязном снегу переминаются молодые поддатые парни. Среди них ПАРЕНЬ 1, ПАРЕНЬ 2, ПАРЕНЬ 3.
Подходит мужчина средних лет - СЕМЕНОВ.

СЕМЕНОВ
Привет! Все здесь?

ПАРЕНЬ 1
Сейчас еще заречные подтянутся. Водка еще будет?

СЕМЕНОВ
Будет-будет, не переживай.

Достает сигареты.

СЕМЕНОВ
Спички есть?

ПАРЕНЬ 2
Вот еще спички тратить, они денег стоят - целую копейку. Сейчас подожди.

Парень 2 бежит к храму. Там на освещенном крыльце стоят богомольцы, не уместившиеся внутри. 
Парень 2 подбегает к БОГОМОЛКЕ со свечкой в руках.

ПАРЕНЬ 2
Ну, что, баушка, Христос уже воскрес?

БОГОМОЛКА
Да рано, еще служба идет.

ПАРЕНЬ 2
Давай тогда свечку.

Выхватывает у богомолки свечку и, закрыв ее ладонью от ветра, с хохотом бежит к парням.
Богомолка в досаде плюет ему вслед.

БОГОМОЛКА
Тьфу, антихрист.

Парень 2 подбегает к своим, протягивает  свечку Семенову.

ПАРЕНЬ 2
На, прикуривай.

Семенов прикуривает.

ПАРЕНЬ 3
Холодно. Может, пойдем, наваляем всем да на хату - водку пить.

СЕМЕНОВ
Подожди, быстро только кошки родят.

ИНТ. РОДИЛЬНОЕ ОТДЕЛЕНИЕ НОЧЬ

Селиверстов в гражданке сидит на скамейке около родильной палаты. Из палаты выходит НЯНЕЧКА.
Селиверстов вскакивает.

СЕЛИВЕРСТОВ
Ну, как?

НЯНЕЧКА
Подожди, быстро только кошки родят.

Из родильной палаты раздается женский крик.

СЕЛИВЕРСТОВ
Что это?! Что с ней?!

НЯНЕЧКА
Что-что, схватки начались.

СЕЛИВЕРСТОВ
Она не умрет?

НЯНЕЧКА
Бог даст, всё в порядке будет.

СЕЛИВЕРСТОВ
Что же она так кричит-то?

НЯНЕЧКА
Все кричат. Такая наша бабья доля - в муках вас, паразитов, рожать.

Нянечка уходит.
Селиверстов опять садится.

СЕЛИВЕРСТОВ
Господи, помоги! Господи, помоги!

На него неодобрительно смотрит с портрета Ленин.

НАТ. ОКОЛО АЛАБИНСКОГО ХРАМА НОЧЬ

Под трезвон колоколов выходит крестный ход.

СЕМЕНОВ
Вот теперь пора! Пойдем, шуганем исусиков!

ИНТ. РОДИЛЬНОЕ ОТДЕЛЕНИЕ НОЧЬ

Из родильной палаты раздаются истошные женские крики.
Селиверстов раскачивается, закрывая уши руками.

СЕЛИВЕРСТОВ
Господи, помоги! Господи, помоги!

НАТ. ОКОЛО АЛАБИНСКОГО ХРАМА НОЧЬ

С песнопениями идет крестный ход. Навстречу ему из темноты вываливается толпа парней. Крестный ход останавливается, песнопения обрываются. 

ИНТ. РОДИЛЬНОЕ ОТДЕЛЕНИЕ НОЧЬ

Из родильной палаты раздаются истошные женские крики.
Селиверстов раскачивается, закрывая уши руками.

СЕЛИВЕРСТОВ
Господи, помоги! Господи, помоги!

НАТ. ОКОЛО АЛАБИНСКОГО ХРАМА НОЧЬ

Прихожане со страхом смотрят на агрессивную толпу. Вперед выступает Прихожанин с хоругвей в руках.

ПРИХОЖАНИН
Шапки долой!

Прихожанин решительно идет на толпу, за ним, подхватив песнопения, движется крестный ход.
Ошарашенные парни срывают с голов шапки, освобождают дорогу верующим.

ИНТ. РОДИЛЬНОЕ ОТДЕЛЕНИЕ НОЧЬ

Женский крик обрывается, и раздается крик младенца.
Селиверстов вскакивает со скамейки.
Из родильной палаты выходит ДОКТОР. 

ДОКТОР
Поздравляю, папаша, сын у тебя - богатырь каких поискать.

СЕЛИВЕРСТОВ
Слава Богу!

НАТ. ОКОЛО АЛАБИНСКОГО ХРАМА НОЧЬ

Из храма раздается гимн Воскресению Христову.

ИНТ. КАБИНЕТ СЕЛИВЕРСТОВА ДЕНЬ

Шмонин разъяренным тигром расхаживает по кабинету. Селиверстов понуро стоит перед ним.

ШМОНИН
Значит, в акушеры заделался! Ну, что ж - и то кусок хлеба, когда из органов выпрут! Ты хоть понимаешь, идиот, какой хай поднялся! Мало того, что крестный ход не смогли сорвать, так эти придурки сами к нему присоединились. Представляешь! Мы себя таким посмешищем выставили. 
(ДАЛЬШЕ)

ШМОНИН(ПРОД.)
И не только себя. Михайловскому на Лубянке так по шапке надавали, что он меня чуть с потрохами не съел. 

СЕЛИВЕРСТОВ
Виноват, товарищ майор!

ШМОНИН
«Виноват, виноват...» Что мне от твоего виноват! Строгача влепили и говорят: скажи спасибо, легко отделался. Но ты не думай, они мне строгача, я - тебе. И не жди ни премий, ни званий, до морковкина заговенья.

СЕЛИВЕРСТОВ
А что теперь с «Миссионером»?

ШМОНИН
Что теперь? Наш еврейчик оказался не промах. Дальше в эти игры играть нельзя - выпустим джина из бутылки, сами в Бутырке окажемся. Всё, игры закончились - давить будем суку! Установить круглосуточный контроль, по пятам ходить, в нужнике одного не оставлять. Проколется, обязательно проколется, и тут уж мы его... 

Шмонин бьет кулаком в ладонь.

ИНТ. В АЛАБИНСКОМ ХРАМЕ ДЕНЬ

Внутри храма около лесов стоят отец Александр и ХУДОЖНИК. Они разглядывают икону.

ХУДОЖНИК
Изумительная икона!

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
Что же Вы хотите, сама Мария Николаевна Соколова писала - лучший из ныне живущих иконописцев.

ХУДОЖНИК
Так, может, и стены в этом стиле распишем.

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
Нет, простой народ не поймет. Триста лет так уже не расписывают. У нас, брат, реализм в почете. Даже в церкви. Будем под Васнецова рисовать. Вот эскизы.

Отец Александр достает из портфеля папку с эскизами.

ХУДОЖНИК
Сами рисовали?

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
Кому ж еще.

ХУДОЖНИК
(разглядывая листы)
Профессионально.

В храм вбегает запыхавшаяся СТАРОСТА.

СТАРОСТА
Отец Александр, благослови! Чужие идут.

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
(художнику)
Ну, начинайте работать. Мы Вас запрем. Что надо - стукните негромко, Михайловна отворит.
(старосте)
Ну, пойдем, посмотрим, что там за чужие.

НАТ. ОКОЛО АЛАБИНСКОГО ХРАМА ДЕНЬ

Староста суетно запирает навесной замок на дверях храма.

Отец Александр направляется туда, где невдалеке стоят, переговариваясь между собой, два молодых человека - ВАСИЛИЙ и ВОРОБЬЕВ.

ВАСИЛИЙ
Здравствуй, отец Александр! Как стройка идет?

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
Вашими молитвами, Василий.

ВАСИЛИЙ
 (Воробьеву)
Это, Лева, и есть отец Александр - настоятель нашего аббатства. Не пугайся - это мы так свой кружок называем.
(отцу Александру)
А это, отец Александр, знакомьтесь, Лев Воробьев - православный историк. 

Воробьев подходит к отцу Александру за благословение.

ВОРОБЬЕВ
Благословите, батюшка.

Отец Александр благословляет его.

ВАСИЛИЙ
Лева у нас подумывает о семинарии.

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
Вот как. А где сейчас Вы работаете?

ВОРОБЬЕВ
В краеведческом музее, в бывшем Ново-иерусалимском монастыре. Но я хочу уходить с работы. Меня, действительно, привлекает церковная стезя. Нет ли у Вас места псаломщика?

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
Может, и найдем.

ВАСИЛИЙ
Надо найти, отец Александр. Лева - наш человек. Посмотри, что он тебе привез. Лева, покажи.

Воробьев с готовностью открывает портфель, достает оттуда несколько книг, протягивает отцу Александру.

ВОРОБЬЕВ
Это Вам, подарок.

Отец Александр разглядывает книги.

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
Спасибо. Надеюсь, не из музейной библиотеки?

ВОРОБЬЕВ
Ну, что Вы. Конечно, нет.

ВАСИЛИЙ
Отец Александр, бери, не волнуйся. Может, Лева и умыкнул их откуда, но не из библиотеки - точно. Я проверил - печатей нет.

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
Всё шутите, Василий.

ВАСИЛИЙ
Книги, батюшка, как женщины, должны принадлежать тем, кто в них толк понимает. Кстати, о женщинах. Мы с Левой везем наших жен показать им Новый Иерусалим. Они в машине ждут, на дороге. Может, присоединишься к нам? Ты, ведь, там не был?

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
Не приходилось, хотя собирался давно. Хорошо. Сейчас переоденусь, портфель положу.

ВАСИЛИЙ
Да поехали так, в рясе оно даже органичней будет - хоть и бывший, но монастырь. А портфель в багажник уберем.

НАТ. МОНАСТЫРСКИЙ ДВОР ДЕНЬ

Отец Александр с портфелем в руках и Василий прогуливаются по монастырскому двору, с увлечением обсуждают архитектуру бывшего монастыря. Две МОЛОДЫЕ ЖЕНЩИНЫ чуть поодаль собирают цветы.

ИНТ. ПОСТ ОХРАНЫ ДЕНЬ

За столиком с телефоном сидит старичок в старом кителе - АРДАЛЬОНЫЧ. Он читает газету «Правда».
По лестнице к нему сбегает Воробьев.

ВОРОБЬЕВ
Ардальоныч, одолжи стакан - не хватает.

АРДАЛЬОНЫЧ
Лев Сергеевич, вам начальство запретило пить на рабочем месте.

ВОРОБЬЕВ
Вам, Климентий Ардальонович, кстати тоже. А кто вчера валялся за братским корпусом?

Ардальоныч испуганно озирается на наружную дверь.

АРДАЛЬОНЫЧ
Тише, балабол! На.

Ардальоныч достает из стола граненый стакан, протягивает Воробьеву.

ВОРОБЬЕВ
Во, другое дело. Пьяницы всех стран, объединяйтесь. Верну целый. Если что-то останется.

АРДАЛЬОНЫЧ
Гостей что ли ждешь?

ВОРОБЬЕВ
Ха, гости! Я священника привез. Сейчас мы тут весь музей освятим, ибо это есть оскверненная святыня. И тебя, Ардальоныч, святой водой сбрызнем, ибо ты - бес!

АРДАЛЬОНЫЧ
Дурак ты, Лева. И шутки у тебя дурацкие.

Воробьев с хохотом убегает наверх. Ардальоныч опять берется за газету.
Но тут открывается наружная дверь, и входят Василий, отец Александр и молодые женщины.

ВАСИЛИЙ
Здравствуй, Ардальоныч!

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
Здравствуйте!

ВАСИЛИЙ
Отец Александр, вот сюда, по лестнице.

Гости поднимаются по лестнице.
Ардальоныч ошарашено смотрит им вслед, затем хватается за телефонную трубку.

ИНТ. БЫВШАЯ КЕЛЬЯ ДЕНЬ

На столе две бутылки вина, порезанный хлеб, овощи, четыре разномастных стакана.
Воробьев у дверей встречает гостей.

ВОРОБЬЕВ
Милости просим к нашим пенатам. Извините за скромность. По стаканчику - за знакомство?

ОТЕЦ АЛЕКСАНДР
Нет-нет, мне еще сегодня к уполномоченному ехать. В другой раз. Можно, я лучше кельи осмотрю.